Родительское программирование как источник эмоциональных проблем ребенка в будущем (Как наше слово отзовется?)
Родительское программирование как источник эмоциональных проблем ребенка в будущем (Как наше слово отзовется?)
Часто ли вам приходилось слышать в детстве от своих родителей: «Горюшко ты мое», «Глаза бы мои на тебя не глядели», «За что мне такое наказание...», «Ты не рассуждай, а делай что тебе говорят», «Когда же ты наконец поумнеешь?», «Пора бы уж стать самостоятельным, что ты ведешь себя, как маленький». Или: «Ты у меня слабенький», «Да что ты бьешься, у тебя все равно ничего не получится, дай-ка я...», «Тебе чего, больше всех надо?»
А часто ли вы используете те же слова, разговаривая со своими детьми? Думаем, что не реже, чем вы слышали их в своем собственном детстве. Но может быть вам на память не приходят никакие такие слова, слышанные вами от родителей или сказанные своим детям, но вот незадача: когда вам необходимо начать важное дело, вы вдруг вспоминаете о невымытой посуде, не-постиранном белье, интересной телепередаче, внезапно проснувшемся аппетите или о необходимости срочно убрать квартиру. Все это, безусловно, важные дела, но суть состоит в том, что свое важное дело вы откладываете на самый последний момент и начинаете его выполнять уже безо всякого удовольствия, «с нервами» или под давлением цейтнота. Хотя при этом не исключено, что до начала своего дела вы действительно успели сделать что-то важное для других.
А возможно, вы относитесь к людям, которые способны буквально прошибить лбом стену ради другого человека, а вот попросить за себя не в состоянии.
А может быть, вы без проблем подбираете подарки для своих близких, но вот выбрать что-нибудь в магазине для себя — неразрешимая для вас задача. Так что дело не только в словах, которые вы слышали в своем детстве или говорите сами сейчас (и то и другое вы можете забыть), сколько в регулярно повторяющихся, затруднительных для вас (но не для других) ситуациях, в которых вы оказывались с детства и продолжаете попадать в них и доныне. Заметим сразу, одним волевым усилием (обещанием себе «больше так не делать» или «делать именно так, как хотел первоначально») ваши трудности разрешить невозможно.
А почему? Потому, что даже если вам удастся пару раз сдержать слово, данное самому себе, то переживание успеха будет с лихвой перекрыто неизвестно откуда взявшимся чувством вины, печали или одиночества. И эти переживания надежно (хотя и бессознательно) отвратят вас от дальнейших попыток разрушить привычные страхи и стереотипы. С чем же это связано? Можно сказать, что в такой форме в вас живет зависимость от кого-то из ваших родителей, кто неявно «научил» вас вести себя таким образом. Такое неявное, скрытое родительское «обучение» было впервые описано американскими специалистами по трансактному анализу, психотерапевтами Робертом и Мери Гоулдингами как «родительские директивы». Гоулдинги выделяли двенадцать таких директив. Но на самом деле каждая директива имеет несколько вариантов, которые неизбежно увеличивают это количество. И дело даже не в их количестве, сколько в способе мышления, позволяющем опознать эти директивы в потоке обыденной жизни. Отталкиваясь от определений основных двенадцати директив, данных Гоулдингами, мы попытались расширить это понятие и привязать его к повседневной жизни уже не ребенка, а взрослого.
Итак, что же такое директива?
Это скрытое приказание, неявно сформулированное словами или действиями родителя, за неисполнение которого ребенок не будет наказан явно, но будет наказан косвенно — собственным чувством вины перед родителем, давшим эту директиву. Причем истинные причины своей вины ребенок (а часто и взрослый) не может осознать без посторонней помощи. Ведь именно исполняя директивы, он чувствует себя «хорошим».
Формирование личности ребенка в семье во многом определяется родительскими директивами. Они могут являться источником многих эмоциональных проблем ребенка как в настоящем, так и будущем. Директива как косвенное родительское обучение (программирование) впервые было описано американскими специалистами по трансактному анализу Робертом и Мэри Гоулдингами.
Приведенные ниже виды родительских директив и их содержание раскрыты и проинтерпретированы отечественными детскими психологами В. Лосевой и А. Лунъковым в их замечательной книге Психсексуальное развитие ребенка. В названии директивы отражен скрытый глубинный смысл послания ребенку.
«Не живи». В бытовой речи это послание может передаваться частыми причитаниями и высказываниями следующего типа: «Глаза мои на тебя бы не смотрели», «Чтоб ты сквозь землю провалился». Расширенный вариант директивы проявляется в «воспитательных» беседах родителей на следующие темы: «Сколько бед и сложностей принес ребенок своим появлением на свет», «Как тяжелы и ужасны были роды», «Воспоминания о желании прервать беременность». Поскольку в каждой директиве есть скрытый смысл, то смысл этой директивы состоит в желании управлять ребенком через возбуждение в нем постоянного чувства вины. Ребенок может бессознательно принять решение, что он источник всех возможных бед в жизни родителей, что он их вечный должник. С годами это иррациональное чувство возрастает. Негативное влияние этой директивы состоит в том, что невротическая вина разрушительна. Семья как бы перекладывает на ребенка ответственность за все жизненные проблемы. В результате у ребенка возникают серьезные эмоциональные проблемы. Он может выполнять эту директиву следующим способом — демонстрировать хулиганское, провокационное поведение вне дома. Ребенок специально нарывается на наказание для уменьшения тотального чувства вины. Реальное наказание служит средством для разрядки эмоционального напряжения ребенка, так как ему проще чувствовать себя виноватым перед родителями за конкретное событие, а не за факт собственного рождения. Как ни парадоксально, но и сверхопекаемые дети, и дети, живущие в атмосфере безнадзорности, оказываются в одинаковой ситуации, если они получили эту директиву. Только для первых она звучит как «Не живи своей жизнью, а живи моей жизнью», а для вторых — «Твоя жизнь мешает моей жизни». А как продолжает жить эта директива в душе взрослого человека? Она может давать о себе знать через ощущение никчемности своего существования, стремлении постоянно доказывать себе, что «я что-то значу», глубинном неверии в то, что «меня можно полюбить», постоянном подспудном ощущении собственной «плохости», а также в тенденциях к алкоголизму, наркомании, самоубийству.
«Не будь ребенком». В бытовой речи это может проявляться, например, следующим образом: «Тебе уже три года, а ты ведешь себя как маленький», «Скорее бы ты вырос» и т. п. Родители часто употребляют высказывания, обесценивающие любые проявления детскости, подчеркивая желательность взрослого поведения ребенка. Дети, принимающие данную директиву, в будущем испытывают трудности в общении с собственными детьми, так как не способны к раскованному, игровому поведению. Скрытый смысл такой директивы связан с несформированной готовностью родителей принять на себя ответственность за воспитание ребенка. Это бывает характерно для молодых инфантильных родителей. Особенно остро такая директива звучит в неполных семьях, когда ребенок слышит от мамы: «Ты — моя единственная опора...». Поэтому людям, ощущающим в себе действие этой директивы, стоит начать возрождение Ребенка в себе с удовлетворения тех незаметных, но важных желаний, которые они так эффективно научились отбрасывать. Начинать стоит именно с «детских» желаний: красивой ручки, одежды, фруктов, мороженого. То чувство вины, которое возникает у этих людей при попытке купить себе на улице мороженое, как раз и отражает меру присутствия этой директивы в их сознании.
«Не расти». Такая директива часто обращена к младшим или единственным детям в семье. В бытовом языке она проявляется в следующих высказываниях: «Не торопись взрослеть», «Ты еще мала, чтобы краситься». Подчеркивается прелесть раннего детства. Такую директиву дают родители, которые панически боятся сексуальной зрелости своих детей (это может быть и боязнь «пустого гнезда», в которое неизбежно превращается семья при уходе взрослых детей). Скрытый смысл этой директивы состоит в следующем: «Только в случае, если ты останешься маленьким, ты сможешь получать мою поддержку». Во взрослой жизни эти дети затрудняются создавать собственную семью, а если и создают ее, то живут вместе с родителями. Такая директива, безусловно принятая ребенком, может влиять и на формирование его физического облика. Ребенок начинает отставать в росте от сверстников, демонстрируя поведение, не соответствующее его возрасту. Взрослым, получившим такую директиву в детстве, кажется, что они никогда не вырастут. Они чувствуют себя виноватыми, «предавшими» собственную мать, если, например, влюбятся. Часто такие люди вообще не могут создать свою семью, либо создают ее, но продолжают жить со своими родителями даже при возможности разъезда, поскольку «не мыслят свою жизнь без мамы». И поэтому, как это ни печально, их предчувствие, что они никогда не повзрослеют, оправдывается: они в первую очередь —не родители своих детей, а дети собственных родителей. Им следует осознать и принять свое право на собственную жизнь и даже обязанность ее создать. Человеку дана свобода — и это исходный пункт. Но этот дар коварен — ведь вместе с ним дается и свобода отказа от свободы. И если человек идет по второму пути, то он как бы отказывается от своей единственной жизни, отдавая ее во власть чужому сценарию, а его родитель приобретает право на две жизни. Кроме того, таким людям следовало бы помнить, что их способ существования рано или поздно может обессмыслить многолетние усилия их родителей по воспитанию у них навыков самостоятельной жизни. Расплата наступит неизбежно в форме взаимных бессмысленных упреков. Поэтому взрослый имеет право не спрашивать ни у кого разрешения на собственное взросление.
«Не думай». В обыденной жизни эта директива проявляется в следующих фразах, обращенных к ребенку: «Не бери в голову», «Не умничай», «Не рассуждай, а делай». В данной директиве содержится запрет на рассуждения, на интеллектуальную деятельность. Дети, выполняющие такую директиву, во взрослом состоянии либо начинают чувствовать «пустоту в голове» при решении проблем, либо у них начинает болеть голова, либо появляется стремление «размыть» эти проблемы при помощи развлечений, алкоголя и наркотиков. Могут встречаться следующие варианты данной директивы: «Не думай о чем-то конкретном». В этом случае родители стремятся оградить ребенка от травмирующей ситуации. Поэтому в будущем человек обучается думать о чем угодно, только не о своей проблеме. Скрытый смысл такой директивы состоит в том, что родители сами боятся решать какие-то конкретные проблемы и передают детям свой страх. Еще одной разновидностью директивы: «Не думай» является следующее послание родителей «Нечего рассуждать, дави на чувство».
Чаще всего этот родительский «посыл» обращен к девочке. Приняв его, она начинает чувствовать себя виноватой, если решает технические задачи, принимает управленческие решения, занимается политикой и т. п. У таких женщин существует страх потерять женственность в ситуациях, требующих интеллектуального напряжения.
«Не чувствуй». Эта директива предполагает запрет на проявление эмоций в целом либо запрет на какие-либо конкретные чувства (например агрессию, страх). Заблокированные эмоции не исчезают, а проецируются на объекты, которые доступны. Взрослые, которые получали в детстве такую директиву, испытывают затруднения в проявлении чувств по отношению к сексуальному партнеру в семейной жизни. Вариантом данной директивы может быть родительский запрет на «физические ощущения». Ребенка как бы приучают не доверять своим ощущениям, сигналам тела. (Например, родители приучают его игнорировать свои пищевые потребности, заставляя есть не тогда, когда хочется, а в соответствии с внешними режимными правилами.) Во взрослой жизни такие люди часто страдают психосоматическими заболеваниями (например ожирением, так как утрачивают контакт с чувством насыщения).
«Не достигай успеха». Такая директива передается в ходе воспитательных рассказов по типу: «Сами мы университетов не кончали», «У тебя ничего не получится». Родителя высмеивают планы и идеи ребенка. В итоге у него снижается самооценка («У меня ничего не получится»). Скрытый смысл директивы связан с наличием у родителей бессознательной зависти к успехам детей. Во взрослой жизни эти дети могут стать трудолюбивыми и старательными людьми, но их будто преследует злой рок (например, при завершении ответственного проекта вдруг возникает некое обстоятельство или причина, разрушающие успешное начинание). «Честно» выполняя полученную директиву, такой человек, пугаясь успеха, бессознательно «находит» многочисленные способы навредить делу, опаздывает на важную встречу, случайно проливает чернила на чертежи, попадает в больницу и т. п.
«Не будь лидером». Получая такую директиву, ребенок часто слышит подобные слова: «не высовывайся», «не выделяйся», «будь как все». Родители обеспокоены чувством зависти других людей по отношению к их ребенку. Исходя из таких побуждений, они и охраняют детей.
Став взрослыми, эти дети всегда ходят в подчинении, отказываются от карьеры, не стремятся доминировать в семье.
«Не принадлежи никому, кроме меня». Такую директиву передают родители, имеющие проблемы в общении. Они видят в ребенке единственного друга. Родители всячески подчеркивают исключительность их взаимоотношений, непохожесть их семьи на другие семьи. С возрастом самооценка такого ребенка может быть адекватной, но он в любой группе будет чувствовать себя одиночкой, испытывая большие затруднения в ситуациях, предполагающих слияние с группой. В результате человек везде чувствует себя «не как все», кроме как в родительской семье.
«Не будь близким». Скрытый смысл данной директивы, передаваемой матерью ребенку, состоит в следующем посыле: «Любая близость опасна, если это близость не со мной». В отличие от предыдущей директивы, она касается запрета на контакт с близким человеком, а не с группой. Во взрослой жизни такой человек будет испытывать трудности в сексуальной сфере, бояться близости с другим человеком.
«Не делай». Взрослый передает ребенку послание, смысл которого сводится к следующему: «Ничего не делай сам — это опасно. За тебя все буду делать я». При такой директиве активность и инициатива ребенка практически полностью блокируются. Став взрослым, человек начинает испытывать мучительные трудности в начале каждого дела. Он постоянно откладывает важные дела на «потом». Фактически люди не догадываются, что выполняют таким образам родительскую директиву.
«Не будь собой». Такая директива может, например, базироваться на непринятии родителями пола ребенка. В высказываниях, обращенных к ребенку, и способах общения с ним, подчеркивается значимость черт, которые не свойственны этому полу. Поскольку соответствующие его полу черты отрицаются, ребенок начинает вести себя в соответствии с ожиданиями, чтобы получить родительскую любовь. В итоге у него могут быть проблемы с формированием половой идентичности, а также трудности в контактах с противоположным полом. Данная директива может проявляться в виде указания на то, что ребенок должен быть похож на какого-то другого. Например: «Твой друг это может, а ты — нет, делай как он». Скрытый смысл директивы состоит в следующем: родители хотят манипулировать ребенком, заставляя его стремиться к недостижимому идеалу.
Став взрослым, такой человек постоянно собой недоволен и считает это недовольство моральной добродетелью, а также может испытывать зависть по отношению к другим.
«Не чувствуй себя хорошо». В этой директиве передается запрет на хорошее здоровье. Мать может говорить другим в присутствии ребенка: «Он у меня хоть и слабенький, но сделал...». Ребенок приучает себя к мысли, что болезнь привлекает к себе внимание, плохое самочувствие повышает ценность самого действия, то есть болезнь добавляет уважение и вызывает большее одобрение. Таким образом, ребенок в будущем получает разрешение на то, чтобы иметь выгоды от своего заболевания. Поэтому в будущем этот ребенок либо уходит в болезнь, чтобы получать внимание от окружающих, либо симулирует болезнь для манипулирования другими людьми. Оставаясь здоровым, такой человек будет страдать ипохондрией.
Возникает вопрос: а можно ли в принципе воспитать ребенка, никогда не прибегая к подобным директивам? Это возможно лишь теоретически — если ребенка воспитывает человек, полностью решивший все свои личные проблемы и свободный от создания новых, что практически нереально. Все мы, воспитывая детей, остаемся детьми собственных родителей и продолжаем решать задачу своего взросления именно в ходе воспитания детей. И другого пути у нас нет.
Поэтому избежать директив вы как родитель не можете. Это трагично, но это не главное. Главное же состоит в том, чтобы, во-первых, ваш ребенок смог увидеть, что вы сами освобождаетесь от директив, данных вам вашими родителями, и, во-вторых, вы оставляете и ему возможность изжить директивы, полученные от вас, уже не в отношениях с вами, а в более широкой человеческой общности. Имеет смысл и ограничить время своей психологической власти определенными возрастными границами, о которых ребенок должен знать. Эти границы могут совпадать и со временем гражданского становления человека. Директивы неизбежны, но зависимость от них отнюдь не фатальна. С освобождением от этой зависимости обычно и связан кризис середины жизни. И еще об одном. Не следует путать директивы с моралью. Директивы всегда бессознательны, мораль же всегда сознательна. Родители прибегают к директивам именно потому, что они не всесильны, а задачу управления ребенком с них никто не снимет. И в заключение — несколько слов апологии директивам. «Радуйтесь препятствиям — ими вы растете». Директивы в нашей жизни есть вызов нашей способности к развитию. И как и всякий вызов — его можно принимать, а можно и не принимать. Осознание в себе бессознательных влияний дает опыт, который невозможно получить иным путем. Создание же стерильной «воспитательной среды», лишенной директив, есть педагогическая утопия, которая стоит ровно столько, как и любая другая утопия. Взрослые действительно многое могут, но они не могут одного — решить за ребенка задачу его взросления и освобождения от их собственных бессознательных влияний. Каких? Пусть каждый решит это сам.
Материал подготовлен Посысоевым О. Н. профессором кафедры педагогики и психологии ГАУ ДПО ЯО ИРО.